Детские сказки, рассказы, песни, стихи, потешки, считалки

Рассказ Чебурашка уходит в люди читать

Вступление

Много разных историй рассказано про крокодила Гену и Чебурашку. Много раз их показывали в кино. Много раз о них писалось в газетах. Но один случай из жизни наших друзей знают далеко не все. Потому что и Чебурашка, и крокодил Гена не очень-то любят о нём рассказывать.

Глава первая ЧЕБУРАШКА-ТУРИСТ

Произошло это неожиданное событие в один прекрасный солнечный день, когда крокодил Гена и Чебурашка проводили в городе свободное воскресенье.

Москва была в красивом весеннем наряде. То есть никакого наряда ещё не было. Листочки не распустились, цветы ещё не взошли, трава ещё не появилась. Это, собственно, и есть красивый весенний наряд.

Настроение у них было превосходное. Гена был одет в белый лёгкий костюм, а Чебурашка – в красно-зелёную летнюю кепочку. На боку у Чебурашки висел новенький фотоаппарат, называемый «Полароид».

Работать с таким фотоаппаратом было одно удовольствие: навёл на человека, чик – и фотография готова. Надо только нажать на кнопочку, и фото тут же выползает из щёлочки.

– Ой! – закричал Чебурашка. – Гена, смотри какой дядя красивый на коне сидит. Давай я тебя сниму с ним вместе.

Это был памятник знаменитому князю – основателю Москвы Юрию Долгорукому. Юрий Долгорукий сидел на коне, а конь стоял на очень высоком постаменте из гранита.

Гена с большим трудом взобрался на памятник, сел на коня позади князя и крепко обнял его.

Чебурашка настроил аппарат, щёлкнул одной кнопочкой, потом нажал на другую, и из «Полароида» выползла прекрасная фотография: бронзовый металлический князь Юрий и живой Гена вместе смотрят в далёкое светлое будущее.

Тут к ним подошёл местный дворник дядя Шакир Шарипов с метлой и строго сказал:

– Что это вы делаете? Кто это вам разрешил на памятники залезать?

– Нам никто не разрешал, – сказал Чебурашка. – Но никто и не запрещал. Зато смотрите, какой красивый снимок получился.

Дворник посмотрел на снимок и сказал:

– Я тоже такой хочу!

– Мы и вам такой же сделаем.

Крокодил Гена подсадил дворника на постамент, а дальше он сам с метлой взобрался на коня и сел позади князя. Вышла такая красивая скульптурная группа, что все прохожие, особенно интуристы, стали останавливаться и примерять будущий снимок на себя.

– Внимание, – сказал Чебурашка, – снимаю!

Через минуту вторая фотография была готова. Дядю Шакира долго снимали с постамента и ставили на асфальт. Когда он взял фотографию в руки, он просто расцвёл от счастья.

Со своей новой, почти неношенной метлой он смотрелся на фотографии как настоящий раненый воин, которого светлый князь вывозит с поля битвы.

Дядя Шакир долго благодарил Чебурашку и тряс руку Гене.

Тут к ним подошёл милиционер, очень невысокий, но очень широкоплечий, с большой милицейской бляхой на большой милицейской груди.

Он взял под козырёк и представился:

– Милиционер 119-го отделения милиции города Москвы Дмитрий Валенков.

Потом он вежливо добавил:

– Я вынужден вас арестовать. Потому что гражданам на памятники залезать нельзя. Это нарушение общественного порядка и мелкое хулиганство.

– Никакое это не хулиганство, – сказал Гена. – Это художественное творчество. Посмотрите, какие красивые фотографии получаются.

Милиционер посмотрел и сказал:

– Я тоже такую хочу.

– Пожалуйста, – сказал Гена. – Давайте я вас подсажу. Мы вас тоже сфотографируем.

– Хорошо, – согласился милиционер, – но после этого я вас всё равно арестую.

Гена подсадил милиционера на постамент и на коня, и Чебурашка его сфотографировал.

– А теперь уходим, – сказал Чебурашка.

– Как – уходим? – спросил Гена.

– А так, – ответил Чебурашка, – бегом. Пока нас не арестовали.

Милиционер Валенков закричал:

– Как так вы уходите? Почему это вы уходите? Я же вас ещё не арестовал!

– Именно поэтому и уходим, – сказал Чебурашка.

Он схватил Гену за руку, и они скрылись в ближайшем переулке.

Милиционера Валенкова потом снимали с постамента целым 119-м отделением милиции. Ему очень влетело от начальника отделения за покидание поста и за панибратство с Юрием Долгоруким. И он очень сильно разозлился на Гену и Чебурашку.

Глава вторая КРОКОДИЛ ГЕНА – МОТОЦИКЛИСТ

Крокодил Гена и Чебурашка продолжали воскресное гуляние по Москве.

Они подошли к ларьку с разными вкусностями во главе с очень вку…, то есть с очень очаровательной продавщицей, и Гена купил две огромные пачки мороженого.

Бедный крокодил истратил половину своей зарплаты, потому что каждая пачка была размером с кирпич.

Тут к ларьку с мороженым подъехал лихой мотоциклист в кожаном чёрном костюме, в золотом шлеме и в чёрных очках. Он тоже хотел купить мороженое.

– Ой, – сказал Гена, – какой красивый мотоцикл! Можно я на нём сфотографируюсь?

– Гони доллар, – сказал добрый мотоциклист, – и снимайся сколько хочешь.

Гена дал ему доллар, и они вместе с Чебурашкой вручили мотоциклисту своё мороженое. Потому что Гене надо было держать руль, а Чебурашке – «Полароид».

– Только не ешьте, – сказал Чебурашка. – Мы быстро.

– Ладно уж, – пообещал мотоциклист. – Я себе своё куплю.

Гена гордо сел на сиденье и взялся за ручки мотоцикла. Чебурашка навёл на него фотоаппарат.

– Ты, Гена, сидишь на мотоцикле, как старый дедушка в деревне на скамейке. Больше движения! Смотри вперёд!

Гена картинно привстал на стременах мотоцикла и крутанул какую-то ручку. Мотоцикл завёлся, как бешеный встал на дыбы и выпустил струю чёрного дыма.

Он провернулся на одном колесе вокруг своей оси – и так, на одном колесе, понёс крокодила Гену в края далёкие.

– Караул! – взвыл Гена. – Спасите!

– Караул! – взвыл мотоциклист. – Ограбили!

Потом он посмотрел на Чебурашку с фотокамерой и закричал ещё громче:

– Держите сообщника! Держите этого ушастого в кепке!

Сам он держать Чебурашку не мог. Руки у него были заняты мороженым.

Несколько добровольцев схватили Чебурашку и повели в 119-е отделение милиции. Позади этой процессии шёл обиженный мотоциклист Вася Чемпионов с одним долларом в кармане и двумя морожеными в руках.

– Да ешьте вы это мороженое, – сказали ему добровольцы, – вам же легче станет.

– Не могу, – отвечал мотоциклист. – Это вещественное доказательство.

В милиции уже знакомый Чебурашке строгий милиционер Дмитрий Валенков стал допрашивать мотоциклиста:

– Какого цвета был мотоцикл?

– Блестящего.

– Какой марки?

– «Иж-Хонда-Харлей».

– Как это понимать? – удивился милиционер. – Совместное производство?

– Нет, – ответил мотоциклист. – Просто у него часть деталей от «Хонды», часть от «Харлея», а часть от «Ижевска».

– Какие детали от «Ижевска»? Какие от «Хонды»?

– Все детали от «Ижевска», все наклейки от «Хонды».

– А от «Харлея»?

– От «Харлея» шум.

– Какой шум? – поразился милиционер.

– Такой шум – рокот. Он рокочет громче всех в Москве.

На Чебурашку милиционер Валенков не обращал внимания. А Чебурашка, как только увидел милиционера Валенкова, сразу испугался и надвинул свою кепку на глаза и уши, чтобы его было трудно узнать.

Милиционер дальше допрашивал мотоциклиста:

– Как выглядел похититель? Во что он был одет? Сколько ему было лет на вид?

– Не знаю, – отвечал мотоциклист Вася Чемпионов. – Я плохо вижу, потому что я в очках.

– Странно, – удивился милиционер Валенков. – Ведь очки улучшают зрение. В очках положено видеть хорошо.

– У меня тёмные очки, – объяснил Вася Чемпионов. – Я их не для видения ношу, а для красоты.

Милиционер Валенков и все добровольцы были потрясены таким легкомысленным пижонством.

– В чёрных очках надо не на мотоцикле ездить, а собачку на поводке водить, – тихо пробурчал милиционер Валенков. – Или на пляже сидеть с некрасивыми тётеньками.

– Почему с некрасивыми? – удивились добровольцы.

– Чтобы их хуже было видно.

Тут милиционер обратил внимание на Чебурашку:

– А вы можете рассказать, как выглядел похититель? Это ваш друг?

Но Чебурашка отказался от Гены. Он был очень испуган.

– Какой такой друг? Я его в первый раз видел.

– Ну и как же он выглядел… в первый раз?

– Он… он… – заговорил Чебурашка. – Он такой…

Сначала Чебурашка стал обрисовывать внешность поросёнка Хрюши, которого он часто видел в детской передаче «Спокойной ночи, малыши!»

– Он такой… красновато-лысоватый. Кругловатый такой. Румяный такой всегда… Нос у него такой, как пуговица с двумя дырочками…

А потом перешёл на портрет жуликоватого завхоза Золотова из чебурашкинского детского сада.

– Он всегда с тремя пакетами по банкетам бегает.

– А пакеты-то зачем?

– Чтобы остатки собирать. В один – всё кислое, в другой – сладкое, а в третий – солёное.

– И ещё он был зелёный, с вытянутым лицом! – вспомнил мотоциклист Чемпионов.

Тогда милиционер Валенков стал составлять словесный портрет преступника. И получался у него не портрет, а какая-то ерунда зелёная.

Глава третья КРОКОДИЛ ГЕНА, МЧАЩИЙСЯ ВДАЛЬ

Бешеный мотоцикл тем временем мотал бедного Гену по городу. Он никак не хотел останавливаться, слушаться и признавать красный свет.

Сначала Гена проехал по подземному переходу. Зубы его барабанили дробь.

Потом пристроился к почётному эскорту президента Тарзании и заслужил очаровательную улыбку тарзанийской принцессы.

Потом три раза объехал вокруг большой синей машины типа бензовоз. Только это был не бензовоз, а черниловоз, он вёз жидкую чернильную пасту для шариковых авторучек.

Водитель черниловоза резко затормозил – и половина чернильной пасты, выбив крышку, вылилась на Краснобогатырскую площадь. Машины быстро растащили её по всей площади длинными двойными линиями.

Дальше Гена мчался к центру города, оставляя за собой синие чернильные следы.

– Задержите меня! – кричал Гена. – Зажмите двумя машинами!

Но из-за мощного «харлеевского» рокота никто Гену не слышал. Потом его вынесло на загородное шоссе. Он ехал и ехал по нему без конца.

– Ещё пара километров, и будет Африка! – в ужасе думал он. – Или, наоборот, будет север, какой-нибудь полуостров Ямал.

В данный момент кто-то читает это на сайте:  Рассказ Макабка путешественник

Светило солнце. Впереди на асфальте появлялись и исчезали миражные лужицы. Гена понял, что он долго не выдержит этого грохота и тряски. Скоро наступит конец. И как всегда бывает перед кончиной, Гена вспоминал всю свою жизнь.

Он понял, что мало чего в жизни видел хорошего. Один зоопарк, зелёную травку и Чебурашку.

Глава четвёртая ЧЕБУРАШКА СИДЯЩИЙ И УБЕГАЮЩИЙ

Милиционер Валенков позвонил меж тем по всем милицейским постам и предложил задерживать и доставлять к нему всех лысоватых, носопуговичных граждан с пластмассовыми пакетами.

И если где-нибудь появлялся подобный гражданин, его немедленно брали под руки и доставляли в участок к милиционеру Валенкову.

Скоро весь участок и весь двор были забиты этими гражданами.

Они возмущались, размахивали документами:

– Отпустите нас!

Но их никто не слушал. В эти дни в Москве шла очередная милицейская операция под кодовым названием «Захват-5» с расшифровкой:

«ВЫЛОВИМ ВСЕХ ЖУЛИКОВ ЗА ДВА ЧАСА!»

Суровые милиционеры говорили задержанным гражданам:

– Сначала вы во всём признайтесь, а потом мы, может быть, вас и выпустим.

Как ни странно, пойманные граждане ни в чём не признавались, а кричали всё сильнее:

– Вы нарушаете права человека!

– Вы ответите за это!

– У нас продукты в тепле пропадут!

– Ничего не пропадут, – говорили им строгие милиционеры. – У нас в отделении холодильник есть. Пока не задержим того, кто мотоцикл угнал, поживёте у нас.

Тут как раз пришёл приказ идти оцеплять Синебогатырскую площадь, пока машины не растащили всю синь по городу. И милиционеры вообще ушли из милиции.

Вдруг старшего милиционера Валенкова осенило. Он сказал Чебурашке:

– А ну-ка, дайте мне сюда твой «Полароид». Вы же снимали этого угонщика на плёнку.

– Верно! – закричал владелец мотоцикла Вася Чемпионов. – Я для этого с мотоцикла и слез.

До этой минуты он упорно молчал, так как ел две пачки мороженого, чтобы они не пропали.

– Они мне ещё доллар дали!

– Так, – сказал милиционер Валенков. – Давайте доллар сюда на экспертизу. Будем отпечатки пальцев снимать.

– Нет там никаких отпечатков, – сказал пострадавший Вася. – Преступники работали в перчатках.

Он подумал про себя: «Сейчас у меня хоть доллар есть. Если я его отдам, не будет ни мотоцикла, ни доллара».

Милиционер Валенков взял у Чебурашки «Полароид», нажал на кнопочку, и из фотоаппарата выползла прекрасная фотография крокодила Гены.

Чебурашка уходит в люди (повесть)

Бедный Валенков пять минут оторопело смотрел на него. Потом он сказал:

– Так ведь именно этот тип запихнул меня на коня Юрия Долгорукого! Из-за него я получил выговор. Вот кого надо ловить.

Пока он рассматривал фотографию и все добровольцы сгрудились около него, Чебурашка шмыгнул мимо добровольческих ног в сторону двери и стремительно, буквально бегом, удалился из арестантской комнаты.

– Минуту! – закричал милиционер Валенков. – С ним был ещё такой маленький, коричневый, с ушами. Где он?

– Только что здесь был, – сказал Вася Чемпионов.

– Упустили! – хлопнул себя по ноге милиционер. – Ну, ничего. Зато главный от меня не уйдёт.

Он, не теряя времени, разослал по всем милицейским постам портрет преступника – угонщика мотоцикла. То есть крокодила Гены. И всем стало ясно, что угонщик – крокодил Гена – скоро будет доставлен в наручниках в 119-е отделение милиции города Москвы.

Всех носопуговичных граждан с пакетами, которых держали в отделении, отпустили домой, хотя они ни в чём не признались.

Они гордо удалились, размахивая пакетами с продуктами и обещая разогнать всю милицию к чёртовой матери.

Глава пятая КРОКОДИЛ ГЕНА УХОДИТ В ЛЕС

Чебурашка побежал домой, в свой детский сад, где он работал игрушкой, закрылся в комнате для подушек и стал думать – как теперь жить.

Ведь он стал трижды преступником. Во-первых, он явился соучастником угона транспортного средства.

Во-вторых, он дал милиционеру Валенкову неправильные, обманные показания.

В-третьих, он совершил побег из государственного учреждения.

Но его мало интересовала собственная судьба. Он больше думал о том, как спасти крокодила Гену. И ничего придумать не мог.

Но вернёмся к беглецу номер один, к крокодилу Гене на мотоцикле. Гена был достаточно разумным челове…, то есть крокодилом, и постепенно всё больше и больше осваивал мотоцикл.

Когда первый ужас от скорости и управляющих ручек прошёл и даже ни одна старушка не попала к нему под колёса, он начал спокойно размышлять:

«Пусть я проеду ещё сто километров или двести. Но рано или поздно бензин кончится. Ведь так? Тогда мотоцикл сам остановится. И можно будет спокойно откатить его в Москву и вернуть владельцу».

Гене сразу стало полегче.

Бензин, однако, не спешил кончаться. Гена ехал и ехал, летел вперёд и вперёд.

Но вот, наконец, мотоцикл начал чихать. Бензин начал заканчиваться.

– Вот и хорошо! – радовался Гена. – Сейчас будет и на моей улице праздник.

Но он не знал, какая новая неприятность ему готовится.

Дело в том, что чернильная паста, которая разлилась из черниловоза, была чрезвычайно липкая и долгоиграющая. Гена всюду оставлял за собой синий мотоциклетный след.

Милиция, выследив по этому следу путь, по которому ехал Гена, поняла, что он едет по Ленинградскому шоссе. И скоро председатель рыболовецкой артели под деревней Конаково получил такую телеграмму:

«ПРЕДСЕДАТЕЛЮ АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «СВЕЖАЯ РЫБА» ГОСПОДИНУ УДОЧКИНУ: СРОЧНО ПОЙМАЙТЕ НА ТРАССЕ СЕТЬЮ ЗЕЛЁНОГО ГРАЖДАНИНА (КРОКОДИЛА) НА МОТОЦИКЛЕ».

И вот уже по деревенской улице от почты к дому председателя бежит мальчишка, размахивая телеграммой, и кричит:

– Телеграмма из центра! Начинаем отлов крокодилов!

Вскоре два дюжих парня стояли наготове, приготовив сеть для отлова Гены. Они во все глаза таращились на дорогу. И когда вдалеке показался крокодил на мотоцикле, они растянули сеть.

И всё было бы хорошо. Гена бы непременно попался, если бы с противоположной стороны шоссе не ехал мини-трактор с макси-навозом.

Он, ничего не подозревая, врезался в сеть и потащил её вперёд. И два крокодилолова сначала побежали поперёк дороги друг другу навстречу, потом столкнулись лбами и побежали рядом уже вдоль дороги – за трактором.

Они кричали:

– Дядя Вася фермер, отпусти нас, мы же не тебя ловим!

Было, к сожалению, поздно. Крокодил Гена прошпарил мимо. Так его никто и не задержал.

Но спустя один километр, бензин у Гены всё-таки кончился, и он вынужден был остановиться. Это случилось как раз у поста конаковского ГАИ. Гена подкатил мотоцикл к посту, чтобы сдать его милиционерам. Тут его внимание привлекла доска милицейских объявлений. На ней были фотографии грандиозных аварий, номера угнанных машин, объявления о туристических поездках и всякое другое.

В отделе под названием «По ним плачет милиция» были вывешены портреты и фотографии всяких противных преступников. Тех, которые дерутся, воруют и угоняют чужие автомобили.

И к своему великому ужасу, среди этих подозрительных лиц Гена увидел своё изображение. Под фотографией, присланной по факсу, была подпись:

Разыскивается опытный угонщик мотоциклов и других автосредств. Просьба ко всем гражданам задержать преступника или сообщить о его местонахождении.

Гена очень удивился, что его назвали опытным угонщиком.

«Это же мой первый опыт», – подумал он и стал читать дальше.

Угонщик входит в преступную шайку. Разыскивается его сообщник. Приметы сообщника: уши больше головы, глаза выпученные, на голове кепка.

«Всё, – подумал Гена. – По этим приметам Чебурашку скоро поймают. И теперь мне ясно, почему на дороге натягивали сеть».

Он прислонил мотоцикл к будке ГАИ, а сам на цыпочках тихонько ушёл в лес. В лесу начинало холодать.

«Надо идти сдаваться, – подумал Гена. Потом он ещё подумал и решил: – Нет, не надо! Крокодилы умирают, но не сдаются».

Тем более что наказание его ждало самое серьёзное. Слишком большое получалось преступление: угон мотоцикла, езда по городу без автомобильных прав и укрывательство сообщника. Потому что выдавать Чебурашку он не собирался.

Спичек у Гены не было, тёплой одежды тоже, и чтобы не замёрзнуть, он стал бегать по лесу. Так он пробегал, чтобы выжить, по кустам полночи.

Утром его, дрожащего, нашли ребята-грибники из Конакова. Они собирали весенние грибы сморчки и торчки. Гена начал им помогать.

Ему очень легко было сделать это, потому что он находил грибы не только глазами, но ещё и по запаху.

Счастливые ребята-грибники пригласили его в гости.

Глава шестая ГЕНА НАЧИНАЕТ НОВУЮ – ПОДПОЛЬНУЮ ЖИЗНЬ

Гена впервые оказался в деревянном деревенском доме.

Его поражало всё. И печка вместо батарей парового отопления, и ведро с водой вместо кранов, и отсутствие мусоропровода, и деревянные стены вместо обоев.

«Ой, как всё интересно,» – думал он.

Потом он спросил ребят:

– А нет тут поблизости юриста в соседнем вигваме?

– У нас не вигвамы, – объяснили ребята. – Вигвамы – это в Америке.

– А что здесь у вас? – спросил Гена. – Хижины? Юрты? Шалаши?

– У нас здесь избы, – объяснили мальчики.

– А нет ли у вас юриста в соседней избе? Или хотя бы телефона.

– Зачем? – удивились грибные ребята.

– Я мотоцикл угнал.

– Ой, где он? – заинтересовались ребята. – Давайте покатаемся.

– Я его милиционерам сдал.

Гена рассказал всё, что с ним случилось. И как Чебурашка снимал его на «Полароид», и как он сел на мотоцикл для фотографирования, и как его понесло. И как его вынесло на Ленинградское шоссе, и как его ловили сетью, и как он увидел свой портрет на доске «По ним плачет милиция».

– Нет, юристов здесь нет, – сказали ребята. – И телефонов тоже. Но мы вам поможем.

Они надумали спрятать крокодила Гену в старом сарае, а взрослым ничего не говорить. День-два продержать Гену там, а потом решить, что делать.

А может, ничего делать и не надо будет: в деревне всё само собой утрясается.

В данный момент кто-то читает это на сайте:  Рассказ Кто больше любит маму?

Они отвели крокодила Гену в далёкий окраинный деревянный сарай, притащили туда много охапок сена, много старых одеял, сухарей, сырой картошки, спичек и старый чайник.

И с тех пор стал Гена жить в старом сарае на берегу реки. И ребята кормили его по утрам: приносили ему всякую еду – творог, чёрный хлеб, молоко, яйца.

Гена учил ребят играть в крестики-нолики и в шахматы. Шахматы он самолично слепил из хлеба. И очень любил у противника съесть королеву как самую большую фигуру.

Иногда они ходили на речку купаться, и Гена катал ребят на спине.

А ещё он помогал ребятам удить рыбу. Он плавал по реке по разным заводям и говорил им, где больше рыбы скопилось.

Но всё это время он не переставая думал о Чебурашке. На второй же день Гена написал ему секретное письмо. Оно начиналось так:

«Дор… др… Чеб…, люб… мой товар…», – что секретно означало: «Дорогой друг Чебурашка, любимый мой товарищ». Дальше он писал:

«Я жив… по… хор… в сарае. Вокру… при… и при…»

Что надо было понимать так:

«Я живу пока хорошо в сарае. Вокруг природа и природа».

Дальше он собирался написать следующее:

«Я боюсь, что это письмо прочитают неправильные люди из милиции. Поэтому сообщаю тебе свой адрес не полностью. Только намекну, что это деревня Конаково. Когда устроюсь получше, я приглашу тебя сюда, то есть вызову. Прощай. Крокодил Гена».

В секретном варианте у него вышло так:

«Я бо… что э… пи… проч… неправ… лю… из ми… Поэт… сообщ… те… сво… ад… не полн… Тольк… намек… что… это… дер… Конак… Ког… устро… полу… я при… теб… сю… то ес… выз… Проща… Кро… Ге…»

Это секретное письмо поехало к Чебурашке.

Глава седьмая МИЛИЦИЯ ВЫХОДИТ НА СЛЕД КРОКОДИЛА ГЕНЫ

В деревне, где в сарае скрывался крокодил Гена, жила одна вредная старуха Екатерина Лексевна Брёвнышкина. Она всегда за всеми подсматривала из своего маленького окошка.

Вообще, семья Брёвнышкиных во все времена была подсматривательной семьёй. Подсматривал за односельчанами папа бабушки Брёвнышкиной Алексей Лексеич Брёвнышкин и дедушка бабушки Брёвнышкиной Лексей Алексеич Брёвнышкин.

И всегда они докладывали властям, кто что делает в их селе, кто о чём думает. И всё это они делали бесплатно, просто из любви к подсматривательности.

Ведь когда подсматриваешь, то узнаёшь много нового и интересного, а своими знаниями всегда хочется поделиться.

Екатерина Лексевна из своего окошка видит: местные ребята-грибники бегают за край деревни в лес, и думает: а зачем?

Тогда она ближе к краю леса переместилась. Села на брёвнышко под дождичком и чулок вяжет. А сама не чулок вяжет, а за ребятами подсматривает.

Она три метра чулка связала, промокла вся окончательно, но выследила, что они в старый сарай бегают и что-то туда носят.

– Не иначе как самогонку гонят. Надо в милицию сообщить.

Хорошо, что в деревне телефона не было. И чтобы в милицию сообщить, ей пришлось пять километров до милиции бежать.

Милиции не очень хотелось ехать за самогонщиками, да ещё в дождь. Милиция спросила:

– А давно они гонят? Результаты есть?

– Не думаю, – говорит бабка-осведомительница. – Они всего три дня как туда бегают. А результаты – они на десятый день появляются. У меня всегда так было.

– Ладно, бабка-бабуся, – сказала милиция. – Скоро будем брать.

Так что события вокруг Гены нагнетались.

Глава восьмая ЧЕБУРАШКА ТОЖЕ ВЫХОДИТ НА СЛЕД КРОКОДИЛА ГЕНЫ

Что же в это время делал Чебурашка? Он немного пришёл в себя после этой милицейской истории и всё время ждал весточки от крокодила. Он знал, что Гена опытный крокодил и просто так не пропадёт.

В этот день Чебурашка, как всегда, сидел у себя в комнате и отвечал на телефонные звонки. Не забудьте, он был уже очень знаменитым. И многие организации: детские сады, школы, заводы и целые республики звали его на свои праздники.

Чебурашка в очередной раз говорил по телефону:

– Алло, я вас слушаю.

– Здравствуйте, – говорил ему строгий женский голос. – Мы хотим выпускать конфеты «Чебурашка». Приезжайте к нам выступать. У нас для вас даже речь написана.

– Речь написана?! – удивился Чебурашка. – Кем написана?

– Нами написана, – ответила строгая тётя. – Наш директор сам её сочинил.

– Вот пусть он сам её и читает, – обиделся Чебурашка. – А мне пришлите образцы конфет.

Тут ему снова позвонили. Это был междугородный звонок из Петербурга, из «Общества дружбы ради поездок». Его приглашали возглавить делегацию начальников милиции, которая ехала в Англию в сентябре.

Чебурашка уходит в люди (повесть)

– Пусть едут без меня, – ответил Чебурашка. – Боюсь, я буду у них лишний. К тому же в сентябре у меня выставка цветов в Кзыл-Орде.

Конечно, неплохо было бы съездить в Англию в сентябре. Но Чебурашка знал, что он находится в розыске, и боялся, что милиционеры во время поездки его разыщут.

Потом был ещё один звонок. Уже международный. Чебурашку приглашали на острова Зелёного Мыса, на открытие фабрики лыжных ботинок.

– Ни за что не поеду, – отказался Чебурашка. – У вас там режим нехороший, реакционный. У вас чернокожих обижают. Вот поменяете режим, тогда и приглашайте.

В это время раздался звонок в дверь. Принесли газету «Московский балаболец», и Чебурашка стал её листать.

Его внимание привлекли две заметки. Первая называлась: «Новая цветная площадь в Москве», а вторая: «Угонщик мотоциклов скрылся в лесах Конакова».

В первой заметке рассказывалось, что машина черниловоз вылила на Краснобогатырскую площадь синие чернила. И чтобы вымыть площадь, нужны триллионы рублей. И если преступник, из-за которого площадь стала синей, будет пойман, ему придётся заплатить эти деньги или мыть несчастную площадь лет десять ежедневно с утра и до вечера.

Во второй заметке сообщалось, что неизвестный гражданин зеленоватого цвета угнал у владельца Васи Чемпионова мотоцикл и скрылся в непроходимых лесах Конакова. Причём мотоцикл сам чудом явился и сдался ГАИ.

Тут из газеты «Московский балаболец» выпало письмо.

Чебурашка как увидел на конверте штамп «Конаково», так сразу и понял, что это письмо от крокодила Гены. Он стал читать:

Я жив… по… хор… в сарае. Вокру… при… и при… Я бо… что э… пи… проч… неправ… лю… из ми… Поэт… сообщ… те… сво… ад… не полн… Толък… намек… что… это… дер… Конак… Ког… устро… полу… я при… теб… сю… то ес… выз… Проща… кро… Ге…

Из этого письма Чебурашка понял только первую строку: что крокодил Гена жив и поёт хором в сарае. Что вокруг прищепки и прививки. Его очень удивили какие-то совсем странные слова, «поэт-сообщник». Он никак не мог понять, почему сообщник, а не соавтор.

Слово «конак» он понял как малограмотное «коньяк» и страшно удивился. Он знал, что Гена ничего спиртного в рот не берёт.

Зато последнюю фразу он прекрасно понял: когда крокодил Гена устроится получше, он пришлёт Чебурашке вызов.

Долго, долго ломал Чебурашка голову над тем, зачем ему нужен вызов в сарай, где крокодил Гена поёт хором и вокруг прищепки и прививки. Наконец он додумался.

Ему в голову пришла одна очень простая мысль, и она его успокоила. Он решил, что после мотоциклетной гонки у Гены слегка поехала крыша. И что Гена находится в лесном нервном санатории. А там есть всё: и поэты-сообщники, и прищепки, и прививки вокруг. И очень часто там поют хором в сарае.

Теперь Чебурашка знал, что надо делать. Надо собирать вещи и ехать на розыски крокодила Гены в деревню Конаково по Ленинградскому шоссе.

Глава девятая ГЕНУ ПРИНИМАЮТ В АКЦИОНЕРНУЮ АРТЕЛЬ «СВЕЖАЯ РЫБА»

Гена тем временем всё больше привыкал к конаковским ребятам, а ребята привыкали к нему. Целые дни они проводили на реке и в лесу.

Особенно Гена подружился с Витей Удочкиным – сыном председателя артели «Свежая рыба».

Гена научил ребят глубоко нырять и плавать с открытыми глазами. А они научили Гену печь картошку в золе и лазить по деревьям.

И вот однажды, когда Гена для тренировки залез на высокое дерево, он увидел, что к его сараю по узкой лесной тропинке движется лёгкий милицейский мотоцикл с коляской.

Юный местный милиционер Вася Крючков с большим бидоном в коляске ехал проверять сигнал старушки-бабушки Екатерины Лексевны Брёвнышкиной по поводу самогоноварения.

Бедный крокодил прижался к стволу берёзы и затих, чтобы его совсем не стало видно. Он был похож на большой берёзовый банан.

Милиционер подъехал к сараю, зашёл в него с фонариком и долго там всё рассматривал.

– Интересно, – говорил сам себе вслух Крючков. – Матрас, подушка, одеяло, две кружки. Здесь явно кто-то скрывается. Или кто-то приходит сюда с преступными сообщниками. А то и хуже того – с преступными сообщницами. Надо будет запомнить это место.

Милиционер Крючков всегда рассуждал сам с собою вслух, чтобы яснее работала голова и чтобы не запутаться. И рассуждал он очень громко. Так что Гена слышал каждое его слово.

Крючков продолжал:

– Надо будет взять собаку и сделать наезд. Здесь может оказаться какой-нибудь преступник без документов. Если мы его задержим, нашему отделению дадут премию.

После таких страшных слов он сел на мотоцикл и, гремя бидоном, быстро скрылся в направлении своей сельской милиции.

Испуганный Гена слез с дерева и огородами направился в деревню к ребятам. Ему непременно надо было увидеть Витю Удочкина.

Гена ползком подобрался к самому Удочкиному забору и посвистел, как его учили свистеть ребята: фью-фью-свись!

Витя Удочкин вмиг явился перед ним, как лист перед травой.

– Что случилось?

– Облава! – произнёс Гена. Он рассказал всё как было.

– Так. Другого выхода нет, – решил решительный Витя Удочкин. – Идём к отцу.

Витя Удочкин во всём доверял папе, хотя всё от него скрывал.

– Как – к отцу? – испугался Гена. – Он же у тебя начальник.

В данный момент кто-то читает это на сайте:  Рассказ Грибы для Чебурашки

– Ну и что? – сказал Витя. – Он нам поможет. Начальники тоже люди.

Они вошли в избу. Гена долго вытирал ноги, а Удочкин-старший долго протирал глаза.

– Где-то я видел этого товарища, – наконец сказал он. – То ли на листовках «Голосуйте за коммунистов», то ли на доске «По ним плачет милиция».

– На доске, на доске, – признался Гена. – Это она по мне плачет, милиция.

– А почему она по вас плачет? – спросил Удочкин-старший.

Теперь Гена рассказал всё как было председателю артели «Свежая рыба». Как они гуляли с Чебурашкой по Москве. Как он захотел сфотографироваться на мотоцикле и что из этого вышло.

– Вы мотоцикл вернули? – спросил председатель.

– Вернул, – ответил Гена. – Сдал в конаковское ГАИ.

– Так в чём сейчас проблема?

– В том, что у меня документов нету. И меня могут забрать.

– Папа, он хороший, – сказал Удочкин-младший.

Удочкин-старший его успокоил:

– Нет, милиции мы его не сдадим. Мы примем его в артель. Срочно проведём собрание колхозников.

Он приказал сыну:

– Открывай клуб и собирай народ.

А сам стал расспрашивать крокодила Гену о его биографии, родственниках и привычках.

– Ты спиртное пьёшь?

– Не пью.

– И много не пьёшь?

– Нисколько не пью, – ответил Гена. – И не пробовал.

– И не пробуй. Холодной воды не боишься?

– Не боюсь, – ответил Гена. – Но и не люблю.

– Кто ж её любит! Плавать и нырять умеешь?

– Ещё как! – ответил Гена. – Я вашу реку от берега и обратно сто раз перенырну.

– Ну! Людьми командовать можешь?

– В зоопарке отделением заведовал, – гордо сказал Гена.

– Отлично, – сказал Удочкин-старший. – Ты нам подходишь. Идём на собрание.

Собрание колхозников-артельщиков уже гудело.

– Зачем нас собрали? – удивлялись опытные рыбаки. – Посреди дня-то… может, премию дадут?

– А вот зачем, – ответил председатель Удочкин. – Мы должны принять нового колхозника.

– Колхозник-то хороший?

– Хороший. Очень хороший, – объяснил Удочкин.

– Тогда принимаем, – согласились рыбаки. – Отчего бы не принять.

Они единогласно проголосовали за то, чтобы принять Гену в коллектив.

Тут же машинистка села за машинку и стала печатать протокол. И через пять минут счастливый Гена получил на руки бумажку:

Глава десятая ЧЕБУРАШКА ТОЖЕ ПРИБЫВАЕТ В АРТЕЛЬ «СВЕЖАЯ РЫБА»

Едва Гена получил этот документ на руки, раздался треск колясочного милицейского мотоцикла.

За рулём был милиционер Крючков, на сиденье – капитан отделения по фамилии Документов, а в коляске сидела служебная собака Рекс.

Но самым интересным было то, что на коленях у капитана Документова сидел Чебурашка.

«Интересно, – подумал Гена, – он арестованный или попутный?»

Оказалось, что Чебурашка попутный. Его высадили около правления артели. И дальше милиционеры поехали одни. Путь они держали к самогонному сараю.

– Гена, здравствуй! – радостно сказал Чебурашка.

Они обнялись.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Чебурашка.

– Просто я работаю колхозником, – ответил Гена. – Колхозником.

– И давно?

– Давно, – сказал Гена. – Минут десять. И ты знаешь, Чебурашка, мне это нравится. Ну что я делал в зоопарке?

– Лежал, – сказал Чебурашка.

– Правильно, лежал, – согласился с ним Гена. – И только.

– А здесь?

– А здесь я быстро пойду на повышение. Посмотри, какие здесь просторы.

Чебурашка осмотрелся и согласился с Геной: просторы были потрясающие.

– А детский сад здесь есть?

– Есть, – сказал Гена.

– Тогда я тоже сюда перееду, – сказал Чебурашка. – Или игрушкой буду работать, или директором.

Кажется, они обо всём договорились, и оба были чрезвычайно счастливы.

В это время по деревенскому радио раздался голос председателя Удочкина:

– Рыбацкая артель, готовь лодки! Всем на выход!

И к берегу реки потянулись рыбаки. Они были в робах, в сапогах и в рыбацких шапках по пояс.

Они вежливо здоровались с Геной за руку и усаживались в лодки. Они заводили моторы, поднимали паруса и выходили на водный простор.

Крокодил Гена впервые выходил на воду вместе с ними. Чебурашка остался на берегу ждать Гену.

К нему подошёл председатель Удочкин.

– Ну что, нравится у нас?

– Очень, – ответил Чебурашка.

– Значит, останемся у нас и будем работать в артели?

– Останемся и будем работать. Только не в артели, а в детском саду.

Они пошли в дом к председателю пить чай и договариваться об условиях работы.

 

Глава одиннадцатая МИЛИЦИЯ ОТЦЕПИЛАСЬ ОТ ГЕНЫ

Кажется, все были довольны этим днём. Одна только бабушка-старушка Брёвнышкина Екатерина Лексевна была расстроена. Надо же – никого не арестовали и никого никуда не увели. Жизнь не складывалась.

Её сигнализация оказалась напрасной. Когда милиционеры с собакой вернулись из леса, она подошла к ним и сказала:

– У меня к вам новый сигнал. У нас подозрительный тип обнаружился.

– Где он? – спросила милиция.

– На реку с рыбаками ушёл, – сказала старушка-стукачка.

Милиция задумалась и решила:

– Ладно, бабка, карауль пока здесь. А мы в лес за грибами сходим. В кои-то веки удаётся в лесу побывать. В лесу живём, а леса не видим. Всё дяденьки преступные в глазах. Когда мы вернёмся, ты нам доложишь, где этот тип укрылся.

Бабка села на пенёк у берега и под видом вязания чулка стала дожидаться Гену. Она долго ждала, пять метров чулка связала – не дождалась.

Она увидела, как Гена вернулся с рыбаками. Как они выгрузили пять тележек крупной рыбы. И углядела, как крокодил Гена пошёл устраиваться в колхозной гостинице.

И когда милиционеры выехали из леса с полной мотоциклетной корзиной грибов, она, потирая руки, побежала к ним навстречу:

– Вон он, вон он, неизвестный тип! Он в колхозной гостинице скрывается.

Милиционеры подошли к Гене и потребовали:

– Ваши документы!

Гена с достоинством показал им справку, что он – колхозник с большим стажем в целый рабочий день.

Милиционеры извинились и отошли. Но на всякий случай молодой и перспективный Вася Крючков спросил у председателя:

– Что вы можете сказать об этом зеленоватом товарище-рыбаке?

– А что я могу сказать, – ответил Удочкин. – Мой лучший производственник. Не пьёт, не курит. Людьми умеет руководить. Вон сколько рыбы добыл.

Милиционеры долго интересовались рыбой. Но их интерес не был поддержан председателем. Он сказал:

– У вас и так полная корзина грибов! Вам не то что рыбу некуда класть, вам преступников некуда будет помещать.

И милиционеры уехали. Но уехали они не сразу и не просто. Они проехали мимо противной бабушки-старушки Екатерины Лексевны, когда она довязывала десятый метр чулка, и сказали:

– Вот что, бабка Поленова, перестань сигнализировать. Из-за тебя мы только рабочее время теряем!

Так что все в Конаково были довольны.

КОНЕЦ

(Ещё не окончательный)

Крокодил Гена и Чебурашка прижились в деревне Конаково и в артели «Свежая рыба» стали своими людьми. Их все в деревне полюбили.

Скоро благодаря Гене артель была переименована. Она стала называться «Крупная рыба».

И ещё Гена разогнал всех браконьеров. Он так здорово плавал, что в любое время мог вынырнуть около рыбных жуликов и сказать:

– Руки вверх! Или я вас всех сейчас перекусаю!

Ещё скоро московский милиционер Валенков получил письмо от Гены, в котором Гена объяснял, что с ним произошло. Что это не он угнал мотоцикл, а мотоцикл угнал его и унёс неизвестно куда.

Гена благодарил Валенкова за чёткую оперативную работу, благодаря которой Гена вынужден был долго скрываться и начать новую счастливую жизнь. Он приглашал милиционера Валенкова на рыбалку.

Радостный милиционер Валенков немедленно приехал в Конаково на милицейской машине и арестовал Гену.

– За что вы меня арестовали? – удивился крокодил.

– Не за что, а зачем.

– Зачем вы меня арестовали?

– Затем, что надо отмывать всю Краснобогатырскую площадь. По вашей милости Краснобогатырская площадь стала синяя. И вам придётся отмывать её десять лет.

Делать было нечего. Гену провожали в тюрьму всей артелью, как в армию. Насобирали ему много тряпок из мешковины для мытья площади и много вёдер.

Гену отвезли в Москву.

Каждое утро он просыпался в отделении милиции, и милиционер Валенков лично вёз его на Краснобогатырскую площадь мыть её.

Конечно, со своими тряпками и вёдрами Гена мешал нормальному движению транспорта.

Однажды мимо Гены проехал мэр города Дружков. Он увидел трудящегося Гену и спросил:

– Что здесь делает этот зелёный гражданин на синем фоне?

– Отмывает площадь, – чётко, по-милиционерски, ответил милиционер Валенков.

– А вы что здесь делаете?

– Я его охраняю, чтобы не убежал.

Мэр с удивлением почесал свою кожаную кепку.

– Какой же дурак моет площади? Проще её переименовать. Проще поменять вывеску. Была площадь Краснобогатырская, пусть будет Синебогатырской.

Приказ есть приказ. Площадь переименовали, а Гену в этот же день отпустили в родной рыболовецкий колхоз.

Эпилог

Однажды, когда Гена и Чебурашка были в очередном отпуске в Москве, они шли по городу и увидели вблизи одного здания работающий бульдозер.

– Гена, – сказал Чебурашка, – сфотографируй меня на этой прекрасной строительной машине.

Гена молча взял Чебурашку на руки, прижал к своей зелёной груди и бегом бросился в противоположную сторону.

Когда они вернулись из отпуска в родное Конаково, их встретили радостные ребята:

– У нас новость. У нас такая весёлая старушка поселилась с дрессированной крысой. Обхохочешься!

– У кого она поселилась?

– У Екатерины Лексевны.

– И давно?

– Два дня как. Везде бегает.

– Всё ясно, – сказал крокодил Гена. – Начинается новый этап. Это старуха Шапокляк!

Чебурашка уходит в люди (повесть)

КОНЕЦ

 

Эдуард Успенский

  Добавить в библиотеку

Вы можете распечатать текст,
отправить его по эл.почте или поделиться с друзьями в соц.сетях


Добавить комментарий